Стивен кинг бесплодные земли ружже

Стивен кинг бесплодные земли ружже

Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru

— Так когда же ты все-таки нам расскажешь все? Все, что знаешь? — первым делом спросил Эдди на следующее утро. День выдался ясным, безоблачным и погожим, но в воздухе ощущалась прохлада; скоро наступит осень — их первая осень в этом мире.

Роланд поднял глаза.

— Что ты имеешь в виду?

— Хотелось бы все-таки выслушать всю историю целиком, от начала и до конца — всю историю твоей жизни. Начиная, скажем, с Гилеада. Как ты там вырос и что послужило причиной того, что ты покинул свою страну. Я хочу знать, откуда ты знаешь про Темную Башню и почему вдруг решил отыскать ее. Я хочу знать про твоих друзей. Тех, которые были с тобой вначале. Я хочу, чтобы ты рассказал, что с ними произошло.

Роланд снял шляпу, вытер пот со лба и надел ее снова.

— Да, у вас есть право знать обо всем, и я обязательно вам расскажу… но потом, не сейчас. Это долгая история. Я никогда не думал, что мне придется кому-то ее рассказывать… но, как видно, придется. Хотя бы раз.

— Но когда? — не унимался Эдди.

— Когда придет время, — неопределенно ответил Роланд, и этим им пришлось удовольствоваться.

Роланд проснулся за миг до того, как Джейк принялся трясти его за плечо. Он сел рывком и огляделся по сторонам, но Эдди с Сюзанной по-прежнему крепко спали, а в бледном свете раннего утра он не заметил ничего такого, из-за чего стоило бы поднимать тревогу.

— Что такое? — спросил он у Джейка, понизив голос.

— Я не знаю. Похоже, стреляют. Идемте послушаем.

В ту ночь ветер со стороны города дул прямо в лицо, и звуки, которые он доносил оттуда, были хотя и слабыми, но вполне различимыми.

— Ну что? Стреляют? — уточнил Джейк.

Роланд кивнул и поднес палец к губам.

Он услышал неясные крики, грохот — как будто обрушилось что-то огромное типа стены или целого дома — и, разумеется, барабаны. Через пару секунд грохот раздался опять, но на этот раз звук был чуть-чуть поприятнее: звон разбившегося стекла.

— Ого! — прошептал Джейк и подвинулся поближе к стрелку.

А потом ветер донес до них звуки, которых Роланд хотя и ждал, но все же надеялся, что не услышит: сухая скороговорка пулеметной очереди, за которой последовал глухой грохот — вне всяких сомнений, какой-то взрыв. Он прокатился по равнинам, словно невидимый шар в кегельбане. После этого крики, стрельба и все остальные звуки утихли. Остался лишь барабанный бой, а когда оборвался и он — как обычно, до жути внезапно, — город опять погрузился в безмолвие. Только теперь тишина таила в себе неприятный оттенок какого-то напряженного ожидания.

Роланд приобнял Джейка за плечи.

— Еще не поздно пойти в обход, — сказал он.

Джейк поднял глаза.

— Нет, нам так нельзя.

Джейк кивнул и произнес нараспев, как будто читая стихи:

— Блейн — это боль, но мы все равно должны ехать на этом поезде. А сесть на него можно только в городе. Только там.

Роланд задумчиво поглядел на Джейка.

— Не знаю, ка это или нет, но одно я знаю наверняка: без защиты нам нечего и соваться в бесплодные земли, а защиту нам может дать только Блейн. Без него мы умрем, как умрут, когда будет зима, эти пчелы, которых мы видели на поляне. Нам просто необходима защита. Потому что Бесплодные земли отравлены.

Читайте также:  Бесплодие низкая подвижность сперматозоидов

— Откуда тебе все это известно?

Не знаю! — едва ли не в раздражении воскликнул Джейк. — Я просто знаю, и все!

— Ну хорошо, хорошо, — успокоил его Роланд и опять повернулся в сторону Лада. — Но нам надо действовать осторожно. Плохо, конечно, что у них до сих пор сохранился порох. Если у них есть порох, значит, у них могут быть вещи и помощнее. Я что-то сомневаюсь, что они умеют обращаться с таким оружием, но это, может быть, даже опаснее. Кто его знает, а вдруг они, что называется, войдут в раж и взорвут нас всех к чертовой матери.

— Атери, — раздался откуда-то сзади серьезный голос. Оглянувшись, они увидели Ыша, который сидел на обочине и внимательно наблюдал за ними.

В тот же день, ближе к вечеру, они набрели на другую дорогу, которая, протянувшись с запада, сливалась с Великим Трактом. От этой развилки Великий Тракт — который теперь стал шире и делился посередине продольным разграничителем, сделанным из какого-то темного камня, — шел под уклон, а крошащиеся от времени бетонные ограждения, поднимавшиеся по обе стороны от дороги, вызывали у путников чувство, похожее на клиническую стадию клаустрофобии. Наконец они остановились напротив пролома в этой бетонной стене, откуда им открывался приятный и утешительный вид на равнину, и наскоро, без аппетита перекусили.

— Почему, интересно, они так сделали, чтобы дорога спускалась? — спросил Джейк у Эдди. — Я хочу сказать, ее специально так построили или как?

Эдди задумчиво поглядел через пролом в стене, за которым раскинулась плоская, как и везде, равнина, и молча кивнул.

— Не знаю, дружище, — ответил Эдди, хотя, кажется, и догадывался, в чем тут дело. Поглядев на Роланда, он понял, что тот тоже знает причину. Дорога, идущая под уклон — сверху вниз — к мосту, служила как бы дополнительным оборонительным средством. Вооруженный отряд, укрывшийся за бетонными стенами, мог без труда контролировать сразу оба редута, сконструированных во всех отношениях продуманно. Если бы защитникам города вдруг по каким-то причинам не приглянулся народ, приближающийся по Великому Тракту к Ладу, они со своих укрепленных позиций разбили бы этих незваных пришельцев, что называется, в пух и прах.

— Вы правда не знаете? — не унимался Джейк.

Эдди улыбнулся ему, упорно стараясь не думать о том, что какой-нибудь псих может сидеть за бетонной стеной и сейчас, готовый в любой момент сбросить на них большую ржавую бомбу.

Сюзанна тихонько, сквозь зубы, присвистнула.

— Это, Роланд, дорога в ад. А я-то надеялась, что мы распрощались уже с этой дурацкой упряжью, но, похоже, придется извлечь ее снова.

Он молча кивнул и полез в свой кошель.

Состояние Великого Тракта все ухудшалось по мере того, как другие дороги — поменьше — вливались в него, точно притоки в реку. Ближе к мосту булыжная мостовая сменилась покрытием, которое Роланд принял за металл, а остальные — за обыкновенный асфальт. Оно сохранилось не так хорошо, как булыжник, и не столько даже под разрушительным влиянием времени, сколько из-за бесчисленных всадников и повозок, проехавших здесь с тех пор, как дорогу чинили в последний раз. Вся поверхность дороги теперь представляла собой предательски зыбкое месиво. Даже идти по ней было непросто, не говоря уж о том, чтобы катить здесь коляску Сюзанны. Об этом вообще не могло быть и речи.

Через пару часов после того, как они вошли в эту мрачную зону — про себя Джейк назвал ее Прогоном, — бетонные стены закончились в точке, где, точно нити в центре паутины, сходилось с полдюжины подъездных дорог и где местность опять становилась открытой и просторной… к несказанному облегчению всех четверых, хотя никто из них не сказал об этом вслух. Над перекрестком висел еще один светофор, который больше, чем первый, напоминал устройства, знакомые Эдди, Сюзанне и Джейку. Когда-то со всех четырех его сторон были стекла, но их давным-давно выбили.

Читайте также:  Лазерное облучение крови при бесплодии

— Готова поклясться, некогда эта дорога считалась восьмым чудом света, — сказала Сюзанна. — А посмотреть на нее теперь! Не дорога, а минное поле какое-то!

— Старый путь иногда — самый лучший путь, — согласился Роланд, может быть, несколько невпопад.

Эдди показал пальцем на запад.

— Вот и абзац их Блейну, — заметил Эдди. — Неудивительно, что они его больше не слышат. Опоры в конце концов дали дуба, как раз когда поезд ехал над рекой, и Блейн отправился на водопой. Он, наверное, тормозил, когда это случилось, иначе его бы вынесло чуть вперед и мы бы теперь лицезрели на том берегу большую воронку, как от взрыва. Ну что ж, он действительно был выдающимся чуваком, пока не почил тут в бозе.

— Мерси говорила, что был еще один поезд, — напомнила ему Сюзанна.

— Ну да. Только она еще говорила, что не слышала его уже лет семь-восемь, а тетушка Талита подсчитала: все десять. А ты как думаешь, Джейк… Джейк? Земля вызывает Джейка, Земля вызывает Джейка, прием, прием!

Джейк, который не отрываясь смотрел на утонувший поезд, только неопределенно пожал плечами.

— Спасибо, Джейк, ты нам очень помог, — съязвил Эдди. — Всегда у тебя наготове какой-нибудь дельный совет — вот за что я тебя и люблю. За это мы все тебя любим.

Джейк никак на это не прореагировал. Он знал: этот поезд в реке — не Блейн. Потому что он синий, то есть когда-то был синим, а Блейн… Блейн розовый. Того же бледно-розового оттенка, что и жвачка со вкладышами про бейсбол. Во всяком случае, Блейн был таким в его сне.

Роланд тем временем закрепил на груди ремни упряжи, на которой раньше переносил Сюзанну.

— Эдди, будь добр, подсади свою леди на эту штуковину. Нам пора двигать. Хочется, знаешь ли, рассмотреть все поближе.

Джейк оторвал взгляд от синего поезда и нервно взглянул на маячивший впереди мост. Оттуда, но как-то смутно, словно издалека, доносился высокий посвист — гул ветра в прогнивших креплениях, соединяющих верхние тросы с бетонным настилом.

— Вы думаете, не опасно там будет переходить? — спросил он.

— Завтра увидим, — ответил Роланд.

Да, многие здания еще сохранились, но вид у них был мрачный и явно нежилой, отчего даже Эдди пришел в уныние, обычно ему не свойственное. Мост, отделявший сейчас путников от этого полуразрушенного лабиринта из бетона и стали, вовсе не производил впечатление крепкого и надежного сооружения, выстроенного на века. Слева его вертикальные тросы безвольно обвисли; тросы справа, казалось, звенели от напряжения. Настил представлял собой ряд полых бетонных плит, обтесанных в виде трапеций, причем какие-то плиты торчали едва ли не вертикально, обнаруживая свои темные пустые внутренности, а какие-то завалились набок. Многие из них только потрескались, но были там и такие, которые полностью раскрошились, и на их месте зияли дыры, куда запросто мог провалиться целый грузовик — большой грузовик. Сквозь эти дыры проглядывали грязный берег и серовато-зеленые воды Сенда. Эдди прикинул, что посередине моста расстояние между водой и настилом составляет не меньше трех сотен футов. И это еще по весьма умеренной оценке.

Читайте также:  Рецепт от бесплодия от знахаря

Взглянув на громадные бетонные кессоны, к которым крепились основные тросы, Эдди про себя отметил, что правый кессон, похоже, был наполовину выворочен из земли. Он решил, что лучше не заострять внимание своих друзей на этом весьма неприятном факте: достаточно уже того, что мост раскачивался из стороны в сторону — не очень сильно, но все же заметно. От одного только взгляда на это его стало слегка подташнивать.

— Ну? — спросил он Роланда. — Что скажешь?

Роланд показал на правую сторону моста. Там тянулась накренившаяся пешеходная дорожка шириной примерно пять футов. Она проходила поверху небольшого возвышения, сложенного из бетонных плит, и представляла собой, по сути, отдельный настил, который крепился к нижнему тросу — или, может быть, к толстому стальному стержню, подвешенному к главным несущим тросам с помощью громадных изогнутых скоб. Эдди с живым интересом занялся изучением ближайшей из них, как это делает человек, которому скоро придется доверить свою драгоценную жизнь изучаемому объекту. Скоба, хотя и проржавевшая, казалась достаточно крепкой. На поверхности он разглядел заводское клеймо ЛИТЕЙНЫЙ ЦЕХ ЛАМЕРКА — и с изумлением сообразил, что он уже не в состоянии различить, сделана надпись на Высоком Слоге или на простом английском.

— Мне кажется, он нас выдержит, — сказал Роланд. — В общем-то он ничего — там только одно ненадежное место. Видите?

— Да уж… трудно его не заметить.

— Да, мы вполне можем здесь перейти, — невозмутимо заметил Роланд. — Провал этот, конечно, не самое лучшее место для пешей прогулки, но перила, я вижу, на месте, так что нам будет хотя бы за что держаться.

Эдди кивнул, стараясь выглядеть спокойным, хотя сердце бешено колотилось в груди. Обнаженный трос, на котором держалась дорожка, с виду напоминал трубу, сделанную из стальных сегментов. Ширина его в верхней части составляла не более четырех футов. Его богатое воображение тут же нарисовало заманчивую картину, как они будут перебираться через этот провал: ноги, что называется, враскоряку тело немного клонится назад для поддержания равновесия, руки цепляются за поручни, а мост тем временем ходит туда-сюда, медленно, но ощутимо, как корабль при слабой качке.

— Господи, — выдохнул он и попытался сплюнуть, но ничего у него не вышло. В горле совсем пересохло. — А ты уверен, Роланд?

— Как я понимаю, другого пути просто нет. — Роланд вытянул руку, указывая вниз по течению реки, и Эдди увидел еще один мост. Вернее, не мост, а его опоры — сам мост давным-давно рухнул в Сенд.

Остатки его торчали из воды ржавым сплетением древних стальных деталей.

— А ты что думаешь, Джейк? — осведомилась Сюзанна.

— А-а, какие проблемы?! — отмахнулся Джейк, при этом даже улыбаясь.

— Я тебя ненавижу, пацан, — сказал Эдди.

Роланд с некоторой тревогой покосился на Эдди.

— Если ты чувствуешь, что не сможешь, лучше скажи сейчас. Будет хуже, если, пройдя половину пути, ты застрянешь там на середине.

Эдди еще раз с тоской оглядел изогнутый настил моста, а потом кивнул:

— Думаю, я осилю. Вообще-то я боюсь высоты, но я справлюсь.

— Хорошо. — Роланд обвел взглядом всех троих своих спутников. — Раньше начнем, раньше кончим. Я пойду первым, с Сюзанной. Потом — Джейк. Потом Эдди. С коляской-то справишься?

— А-а, какие проблемы?! — процитировал Эдди Джейка, борясь с острым приступом головокружения.

Читайте также:
Adblock
detector