Сделать аборт и не остаться бесплодной

Сделать аборт и не остаться бесплодной

И о том, какими были последствия

Хотя репродуктивные права и закреплены в Конституции РФ, всё чаще слышны разговоры о том, что право на аборт следует ограничить, например вывести эту услугу из системы ОМС. Недавно губернатор Пензенской области обязал чиновников отговаривать женщин от аборта и выяснять причины их решения. На деле же причины для прерывания беременности могут быть самыми разными — от простого нежелания иметь детей или проблем со здоровьем до нехватки ресурсов и возможностей для того, чтобы их воспитать. Мы поговорили с несколькими женщинами, сделавшими аборт, об их выборе — почему они приняли такое решение и что было после.

Интервью: Елизавета Любавина

Полина


У меня было два аборта. Парадоксально, но в шестнадцать лет врачи поставили мне синдром поликистозных яичников и сказали, что шансы забеременеть минимальны. Впрочем, завести детей никогда не было моей целью.

Однажды — мне было двадцать — презерватив порвался. По совету подруг я приняла средство экстренной контрацепции, хотя была уверена, что бесплодна. Даже месяц спустя, заметив тошноту и беспричинное раздражение, долгое время не связывала это с беременностью. Подруга предложила сделать тест, когда меня вырвало после завтрака.

Я обратилась в частную клинику, где сделала медикаментозный аборт. Приняв таблетку, ощутила тянущую боль в пояснице — не сильнее, чем при менструации. Когда наступил апогей боли, из меня вышел кусок слизи. На этом всё и закончилось.

Спустя два года я встретила будущего мужа. Через месяц после свадьбы опять забеременела, хотя использовала спираль — в какой-то момент она сместилась. Мы уже вели разговоры о ребёнке, поэтому и решили оставить беременность.

Всё это вылилось в послеродовую депрессию. Но буквально через четыре месяца после родов я вновь забеременела — я использовала оральную контрацепцию, но, вероятно, пропустила одну или несколько таблеток на фоне переживаний. Узнав о новой беременности, я впала в ужас. Сейчас у дочки нет проблем со здоровьем, но тогда я была уверена, что она тяжело больна. К тому же, пережив тяжелые роды, я не была готова пойти на это второй раз.

Профессионально повёл себя только хирург, сделавший аборт: отлично провёл операцию, дал грамотные рекомендации и не выказал ни малейшего осуждения. Из больницы я вышла в абсолютной уверенности, что поступила правильно. У меня уже есть ребёнок, которого я люблю. На второго я не была готова, ещё и ценой здоровья.

Жизнь с мужем не сложилась. Устав от безденежья и его пьянства, я ушла от него, когда ребёнку было три года. Думаю, что с двумя детьми я бы этого не сделала: я бы просто не могла бы их прокормить. Сейчас, чтобы воспитать дочь и снять жильё, я совмещаю несколько работ. Алиментов от бывшего мужа не получаю — он прямым текстом сказал, что не будет этого делать. Пытаться их взыскать в судебном порядке тоже бессмысленно: всё его имущество записано на маму, за границу он и так не выезжает.

После второго аборта и развода я пересмотрела и круг общения. Многие подруги начали проявлять непрошеную жалость, спрашивать, не снится ли мне по ночам этот ребёнок и как я смогла на это решиться. Другие советовали сходить в церковь, хотя я не верующая.

Раньше подобные истории меня удивляли, ведь врачи не могут отказать в процедуре аборта. На деле я далеко не единственная, моя соседка по палате пережила то же самое.

Настасья

Мы практиковали прерванный половой акт. Риск забеременеть в таких случаях высок: даже если эякуляция и не происходит непосредственно во влагалище, часть спермы всегда может туда попасть. Так я и забеременела.

Долгое время я ни с кем не обсуждала эту историю. Аборт я упоминала, только чтобы убедить мужчин использовать презерватив. Раньше я считала, что покупка презервативов — это обязанность мужчин, а сама стеснялась сходить за ними в аптеку. Сейчас я более внимательно отношусь к контрацепции.

Я искренне верила, что аборт — это убийство, и молила бога, чтобы беременность оказалась ложной, а результат теста — сбоем в гормональном фоне. Мне казалось, что ребёнок всё чувствует — тогда я не думала, что на ранних сроках у эмбриона ещё не сформирована нервная система. Я ощущала, что способна дать жизнь, но не делаю этого. Аборт же стал первой ситуацией, которая заставила усомниться в вере: я поняла, что никто не придёт на помощь, а проблему придётся решать самой.

После аборта я испытала сильное желание усыновить ребёнка — возможно, так я пыталась снять с себя чувство вины. Со временем поняла, что мне не хватит на это ресурсов. Не понимаю тех, кто может сделать аборт и забыть — лучше заранее подумать о контрацепции. До сих пор я не смогла до конца принять себя: в нашей семье было очень мало эмоциональной близости, из-за чего я постоянно искала тепла даже в нездоровых отношениях. Сейчас понимаю, что оба партнёра должны нести ответственность и заботиться о здоровье друг друга.

Анастасия


Я выбрала оральную контрацепцию и была уверена в её надёжности — задержку списала на другие причины. Забеспокоилась, когда сильно изменилось пищевое поведение: я начала сметать всё, что было в холодильнике. Тогда я и сделала тест на беременность. Результат шокировал. У нас с мужем уже есть двое детей, девочка и мальчик, и третьего мы не планируем.

Процедура была не болезненнее, чем менструации. Когда всё завершилось, испытала сильное облегчение. Я устала от всепоглощающего быта, на третьего ребёнка не готова ни морально, ни физически, ведь беременность — это очень большая нагрузка на организм. Дети только подросли, и я наконец-то могу уделять больше времени себе. Например, возобновила учёбу: из-за ранней беременности пришлось оставить колледж, сейчас я снова изучаю банковское дело.

Об аборте я не рассказывала никому, кроме мужа: знала, что встречу осуждение, а мне ни к чему лишние нервы и испорченное настроение.

Ирина


Я сделала аборт в двадцать три. Когда врачи диагностировали бесплодие, стала проще относиться к контрацепции: в здоровье постоянного партнёра не сомневалась, риск беременности тоже перестал меня беспокоить. Впрочем, вопрос деторождения передо мной не стоял. Меня воспитали с другими установками: сначала образование и карьера, а уже потом семья.

Диагноз оказался ошибочным, хотя пятеро врачей говорили, что забеременеть естественным путём я не смогу. Беременность я обнаружила достаточно поздно: как ни странно, она никак не проявилась физиологически, зато очень сильно — в эмоциях. Я заметила, что чувствую себя депрессивно, но при этом — ни токсикоза, ни реакции на запахи, ни быстрой утомляемости. Задержку списала на смену климата, мы с партнёром только вернулись из экзотической страны. Тест на беременность я сделала, только когда по ночам начала болеть грудь. Когда я выяснила, что беременна двойней и у меня идёт седьмая неделя, я была шокирована.

Партнёру (сейчас уже мужу) я однозначно сказала, что не хочу сохранять беременность. Он поддержал моё решение. Помогал: сопровождал в клинику, брал выходные, чтобы побыть со мной, поддержал материально. Близкие — мама и подруги — тоже были на моей стороне. Всё говорило о том, что это верное решение: мы не хотели становиться родителями, своего жилья у нас не было, к тому же здоровый образ жизни на момент беременности я не вела.

Сначала врач не пыталась меня отговорить, но узнав, что у меня отрицательный резус-фактор, предположила, что проще родить. Существует расхожее заблуждение, что женщинам с отрицательным резусом не стоит делать аборт при первой беременности. На самом деле это решаемая проблема.

Лилия


Я сделала аборт шестнадцать лет назад. Тогда ужасно не хватало сексуального образования: в школах его не было, с открытыми источниками дела обстояли не лучше. В Алтайском крае, где я росла, были проблемы с интернетом. Мы плохо предохранялись, и однажды я забеременела.

Я не мечтала о материнстве, но тогда захотела этого ребёнка — зачатие казалось мне чудом. Но всё же решила сделать аборт: мне было двадцать лет, впереди ещё курс университета, а вешать ребёнка на родителей совсем не хотелось. К тому же я поняла, что если я рожу ребёнка и останусь с партнёром, этот брак не будет счастливым. Я всегда была сторонницей планирования семьи: слишком часто нежеланные дети становятся козлами отпущения, которых родители винят в том, что их жизнь разрушена. Я этого не хотела, всё-таки дети должны быть желанными. Решила, что аборт — это минимальный для всех вред.

На раннем сроке я сделала вакуумный аборт в государственной клинике. Процедура была ужасной. Началась она с укола новокаина в шейку матки, что уже само по себе неприятно. Но сработала анестезия очень слабо, было больно. У меня не раскрылась шейка, и на следующий день пришлось ложиться на чистку.

Но ещё тяжелее было столкнуться с наплевательским отношением молодого человека. В день аборта он торопил меня в женской консультации, а на следующий не пошёл со мной на чистку, хотя обещал. Так как у нас был раздельный бюджет, мы договорились, что сумму за аборт делим на двоих. Но на следующий день он попросил вернуть его часть обратно, чтобы купить билеты до дома — после моей чистки он собирался поехать к родителям. В итоге в клинику он со мной не пошёл: взял билеты на самый ранний автобус до родного посёлка, объяснив это тем, что следующие менее комфортные.

Доверять ему я больше не могла. Если б я оставила ребёнка, было бы хуже: всё это вскрылось бы намного позже, а в декрете я бы ещё и оказалась в зависимости от него. Я никогда не жалела, что решила сделать аборт, но боль от предательства осталась. Правда, с тех пор я внимательнее отношусь к людям.

Сейчас у меня есть ребёнок, которого мы с мужем долго не могли зачать — мы обратились к вспомогательным репродуктивным технологиям. Как выяснилось, проблема с зачатием носила психологический характер. Врачи обнаружили иммунологический фактор бесплодия, но причина крылась в психосоматике — думаю, негативный опыт сыграл здесь свою роль.

Читайте также:  Андрей ткачев о бесплодии

Валентина


Первый аборт я сделала давно, ещё во времена СССР: забеременела на новогодней вечеринке, когда училась на первом курсе университета. Беременность я долго скрывала от мамы, пока на восьмой неделе она сама не заподозрила что-то неладное. Мне пришлось сознаться. Оказалось, что мама нормально это восприняла — она и сама оказывалась в подобной ситуации. Мама взяла меня за руку и отвела в женскую консультацию, чтобы получить направление на аборт. Гинеколог повела себя корректно и от аборта не отговаривала.

Перед абортом я сильно волновалась. Пугало и то, что врач — мужчина. Соседки по палате успокоили: аборт они делали уже не первый раз и хорошо знали доктора, который должен был провести операцию. Как оказалось, его не зря хвалили — операция прошла очень гладко и деликатно. Нельзя сказать, что она была безболезненной (всё-таки аборт проводили под местным наркозом), но терпимой.

Второй аборт я делала у того же врача и уже не переживала. Окончив университет, родила двух желанных детей — никаких осложнений с зачатием и родами не возникло. Если беременность не была желанной, лучше сделать аборт — о своих решениях я не жалею.

Рекомендованные сообщения

Наверно я абсолютно не представляю как это вообще должно быть. Мне начинает казаться что мои желания возможно инфантильны и не реальны (а конкретно фантазии о том что человек может понравится мне также как я ему).

Очень часто я замечаю за собой что я вообще не понимаю нравится мне человек или нет. Вроде красивый, но внешность бесит. Вроде нормальный, но бесит.

Я не ощущаю комфорта. Поэтому я абсолютно не знаю как это должно быть (случиться). Мне нужно пересмотреть свои взгляды на жизнь? А что если пересмотрю свои взгляды, но я пойду против себя и мне будет все также не комфортно?

Я уже давно не понимаю что правильно, а что нет.

В состоянии «влюбленности» я уже давно не пребываю, отвык от него. В какой то степени я даже боюсь этого состояния.

Мне сейчас уже начинает казаться что когда один человек нравится другому без надуманной лжи, материального достатка и прочего Это миф или сказка. и мне это не светит. (хотя внешность нормальная такая)

Уже не первый год меня терзают подозрения насчет измен мужа. Чувствую себя параноиком.
С одной стороны, я всегда придерживалась мнения, что об измене лучше не знать. И ему когда-то еще давным давно, когда только начинали встречаться (мы вместе 12 лет, в браке — 5 лет, ребенку — 3 года), говорила: «Если вдруг, когда-то мне изменишь, даже не вздумай мне об этом рассказывать! Если конечно тебе дороги отношения, ври до последнего!»
Конечно, я не говорю ему, изменяй мне, только чтобы я ничего не знала, конечно, говорю, что не прощу, если изменит.
Но! В глубине души, я готова простить измену, если где-то по глупости, может по пьяни, если это был просто секс на один раз. Главное, чтобы я об этом «ничего не знала». Для меня это действительно важно, чтобы он старался скрыть! Конечно, ему я такого не озвучиваю.
Но вот чего я прощать не готова, не хочу, и не знаю смогу ли, так это отношений на стороне! Вот что для меня настоящая измена! Вот что для меня предательство!
Уже не первый раз, у меня появляется ощущение, что муж меня обманывает. И я даже не знаю, как мне относиться к этим ощущениям. С одной стороны, мне кажется, что это глупо накручивать себя на пустом месте, что я ищу обман там, где его нет. А с другой стороны — не хочу чувствовать себя дурой, которую можно обманывать, которая ничего не замечает. И самое главное, не хочу, чтобы он так думал.

А теперь ФАКТЫ!
В первый раз у меня появилась тревога, когда сыну было полгода. Предпосылки к возможным походам мужа на сторону понятны, тут как обычно, плюс, у него новая должность, он работает по ночам с хорекой (клубы, бары, рестораны), работа с хостес (девочки-модели, проводят промоакции). Сначала он и мне предложил поработать с ним в качестве хостес, но потом передумал, сославшись на то, что сына оставлять будет не с кем. Ну ок, я сама переживала по этому поводу. Работа подождет.
И тут у меня появились тревожные мысли. Кроме ощущений, предпосылок не было. Ни смс, ни звонков, ни каких-то еще признаков, которые обычно вызывают подозрения не было, лишь ощущения. Он по другому на меня смотрит, говорит другим тоном.У меня иногда и раньше возникали такие ощущения, когда он ездил куда-то в командировки. Иногда все в порядке, я не беспокоюсь, а иногда прямо сердце из груди выпрыгивает, чувствую что-то не то. Звоню, трубку долго не берет, отвечает, голос какой-то не такой. Спрашиваю как дела, чем занимаешься. Говорит, с ребятами сидим. Спрашиваю, а девчонки есть? Говорит, нету. Спрашиваю, зачем врешь? В итоге, признается, что все-таки есть.
Однажды приходит с работы, ночью. Я встречаю, ощущения плохие. Такое чувство, что он с кем-то был. Помады или запаха духов нет, но ощущение у меня есть. Снимаю штаны, делаю минет. Ощущаю запах и вкус презерватива. Это что? Паранойя? Или факт измены? Ему ничего не сказала.
В следующий раз, снится мне сон, что он доставал вещи из шкафа и из кармана джинс у него падают презервативы. Я спрашиваю, мол, это что? Он начинает извиняться, прости, так вышло. Я просыпаюсь в слезах, не могу осознать до конца что это сон. Обида, злость, слезы, все реально. Иду в туалет, реву, как дура. Пытаюсь успокоиться, говорю себе, что это сон, что все в порядке. Но не могу. Достаю из шкафа именно те самые джинсы, что приснились, а у него их много. И нахожу там. Нет, не презервативы. Заначку. Не большую. Размером с наш недельный доход. С этого момента я начинаю ИСКАТЬ. В итоге нахожу еще несколько заначек. Общим размером с наш полугодовой доход, даже чуть больше. И нахожу презервативы. все оставляю на местах, ему ничего не говорю.
Состояние ужасное, не сплю вообще, есть не могу, постоянно тошнит. Впихиваю в себя еду, только ради того, чтобы кормить ребенка. Он едет в командировку, перзервативы берет с собой, перекладывает их в дорожную сумку, т.е. берет намеренно, не то чтобы это какие-то старые валялись и он про них не помнит, и случайно с собой забрал. Возвращается с ними же. Не пользовался.
Иду к психологу. Состояние улучшается. Беру себя в руки. Начинаю работу над собой. Разводиться не хочу, моя цель — наладить отношения. Но, в тоже время готовлю почву для возможного развода. Ребенку полгода, не самый лучший момент остаться одной. В момент очередной ссоры не выдерживаю, выкладываю ему все. И как он презервативы в командировку свозил,и про заначки. Начинает врать, оправдываться. Деньги не мои, друг дал на хранение, чтобы не пропить. Презервативы другой друг в машине убирался, хотел выкинуть я себе забрал. В командировку забрал, чтоб ты случайно не нашла, чего плохого не подумала. Тут же звонит другу, просит подтвердить, ну друг не сразу въехал, потом мол, а ну да, было такое. Вообщем крах! Я понимаю, что это бред. Он понимает, что я знаю, что это бред. И остается ждать, сделаю я вид, что поверила, или нет. Я сказала, что не верю, но прощу. Что надеюсь, что он только собирался и не успел. Деньги перепрятала, и сказала, что вернула их другу! Вы бы видели его лицо в этот момент))))))) Как он кричал! А я ржала! И просила признаться, что деньги его. С заначками история повторялась еще 3(!) раза. Я находила все новые и новые. В итоге, все деньги вернулись в семью. Сейчас такого нет. Видимо научился лучше прятать.
Отношения наладились. Я чувствовала, что все хорошо. Перестала искать что либо, перестала проверять.
И вот опять. Все было хорошо. И ни с того ни с сего опять поменялось его отношение ко мне, к нашей семье.
И тут я случайно, правда, не искала ничего. Зашла в ВК, а был открыт его профиль. Не удержалась, посмотрела сообщения. Вижу сообщение от незнакомой мне девушки. А таких у него много, по специфике работы. Открыла. Там 2 сообщения от нее. Первое — просто ссылка на фильм. Второе — песня. Слушаю песню. Рефлекс «говори со мной». Содержание примерно следующее: самые нежные ночи и дни с тобой, я с тобой женщина, ты со мной просто мой. Я твоя женщина и кружится голова. Тут у меня тоже голова что-то закружилась. Зашла к ней на страницу. Понимаю, что это его сотрудник из другого города, он туда частенько ездит в командировку. Причем, я у него уже спрашивала, почему ездит туда даже чаще, чем нужно. Говорил, что много работы там было. Там на самом деле недавно были большие сокращения, закрылось несколько офисов. Он туда едет обычно в четверг, ночует в гостинице и в пятницу должен возвращаться, но он остается еще на одну ночь у друга, чтобы не ехать ночью, иногда и субботу еще работает.
Её нет у него в друзьях в ВК. Он ей ничего не написал, никак не ответил. Я ждала, что он удалит и ее сообщение, как компромат. Но нет, не удалил. У неё на странице полно постов о том, что она влюблена, что страдает, что у нее есть кусочек жизни о котором никто не знает. Сообщения она писала, как раз когда он ездил туда. Фильм прислала вечером накануне его приезда. Песню через пару дней после отъезда. Еще в день прошлой его командировки она выложила фотку с букетом цветов и в этот же день фото с кубком, который он вручает лучшему офису.
Я проверила его телефон. Звонки проверить не возможно, их слишком много, остаются в памяти только за сегодняшний день. Ни смс, ни переписок с ней нет. Даже в рабочих переписках ее нет, что странно. Я не знаю, она просто специалист или управляющая. Если упр, то рабочие переписки должны быть. Недавно едем с ним, он по тел говорит всегда. Ему звонит она, он делает звук динамика тише и говорит, что перезвонит, у него звонок по другой линии. Потом звонит другим людям, ей не перезванивает. дальше мы разошлись по своим делам, я запомнила время во сколько это было. Ночью проверила звонки. После того как мы расстались, он ей перезвонил, разговор длился 9 мин. Это много. Обычно его звонки намного короче. 1-3 мин.
Это все. Вроде и доказательств нет. Только песня. И мои ощущения.
Хочу на этот раз выяснить все наверняка. Не хочу чувствовать себя больной истеричкой, которая на пустом месте видит измену. Не знаю как это сделать. Хочу поехать туда, когда он в следующий раз поедет. Но! С кем оставить ребенка? Родителям могу оставить только в ночь с пятницы на субботу. А в гостинице он ночует с четверга на пятницу. С пятницы на сб, скорее всего и правда у друга. Днем за ним следить нет смысла, он будет работать, 100%! Ехать туда около 4 часов. Говорить родителям, что еду туда, зачем, все это рассказывать — не хочу. А выехать нужно днем, чтобы быть там к вечеру. Нужно что-то родителям соврать, придумать какие-то дела на пятницу. Но как проследить? Он же может меня увидеть. Нужен ещё один человек, которого он не знает. Кого с собой взять? И на своей машине следить за ним не могу. Приехать туда, найти его машину около одного из офисов, взять такси, и сидеть около офиса, ждать когда он закончит? Не знаю сколько придется сидеть. Частный детектив? Очень дорого. Если бы я хотя бы была чуть больше уверенна, я бы может не пожалела денег. А так, нанимать детектива из-за песни?

Читайте также:  Лечит ли жук знахарь бесплодия

Мы поженились, когда нам обоим исполнилось по 20 лет. Да, это был какой-то опрометчивый брак: мимо ЗАГСа, где целовались пары, еще никто не проходил просто так. Наверное.

Мы сидели в парке, ели мороженое и разглядывали женихов и невест, представляли, как они решили пожениться и что будет дальше.

– А с нами? Что будет дальше с нами? – спросила я тогда.

– А давай поженимся, – услышала в ответ.

Так и получилось, что родителям мы сказали на следующий день, отдали им написанные от руки приглашения. Сейчас уже, вспоминая это, мне кажется, что все было игрой, смешной, интересной, ненастоящей.

Свадьба была скромной, но запоминающейся. Началась семейная жизнь. Родители мужа выделили нам квартиру его бабушки, а ее забрали к себе. Так у нас оказалось свое жилье. Мы бегали на пары в университет, ходили на утренние сеансы в кино, чтобы экономить и были счастливы.

А потом случился тест на беременность. С двумя полосками. Конечно, я была ему рада. Представляла, как буду держать крохотного ребенка на руках, какая у нас будет выписка из роддома, как мы его назовем. То, что Максим откажется становиться отцом и отправит меня на аборт, не могло быть правдой. Но так было.

Неделя ссор, слез и уговоров, я согласилась. Он убеждал меня, что ребенок сейчас не впишется в нашу семью, что мы бедные студенты, денег особо нет, хочется еще пожить для себя и прочее. Он меня убедил, я сделала аборт утром 15 июня 1997 года.

Прошло двадцать лет. У нас больше нет детей, я бесплодна. И каждый год, в тот день, я отмечаю День моего ребенка, это все, что осталось у меня.

Если вы тоже сидите в декретном отпуске или планируете в него уйти, и вам не с кем поговорить, тогда оставляйте свои истории на волнующие темы по ссылке. Анонимность гарантируется!

Аборт — узаконенное убийство и грех, за который небеса тебя покарают. Не хочешь беременности — нечего с мужиками спать. Дал бог зайку — даст и лужайку. Эти постулаты так полюбили наши бабули, желающие-добра-соседки, интернет-пролайферы, поборники семейных ценностей, мизогинисты всех мастей, псевдопсихологи, телеэксперты в вопросах всего и вся и мудрые героини местечковых мелодрам. Хотя доказательная медицина и щепотка критического мышления подсказывают: аборт — это операция, репродуктивные права женщины — неприкасаемы. Подтверждают эти тезисы и наши сегодняшние героини. Они — женщины, сделавшие аборт. По разным причинам, но с одним лейтмотивом на всех — «мое тело — мое дело».

О первом аборте

Мое решение было продиктовано уже имеющимся детенышем, которому на тот момент исполнилось полтора года. Я в принципе не знала, что детей можно не заводить — так на меня повлияла ЖГС [женская гендерная социализация], и относилась к деторождению как к чему-то неизбежному, вроде старения. Я особо не жаждала и первого ребенка, но убеждение, что если первой беременностью сделать аборт, то останешься бесплодной и пожалеешь, сделало свое дело. Я считала и считаю, что аборт — последний рубеж в борьбе с нежелательной беременностью, но ОК мне были противопоказаны гинекологиней, а мой тогдашний «нитакой» не желал использовать презервативы. Забегая наперед, скажу, что у него была цель заставить меня вновь забеременеть, ибо к тому времени я работала, и он потерял былой контроль надо мной.

О моем решении из родных знал только партнер, но и он пытался мягко продавить, так, чтобы если что, то он ни при чем. Говорил, что он не приемлет аборты, ибо это убийство, но тут же и отмечал, что окончательное решение — за мной, конечно.

Сам по себе процесс был не геморройный. На тот момент у меня не было свободных денег, поэтому я пошла на обычную чистку. В отличие от остальных случаев обращения к гинекологине, когда было необходимо записаться за три недели, в случае аборта дело считалось неотложным, поэтому докторка принимала на следующий день.

На приеме гинекологиня взяла у меня мазок, дала направление на анализы (ОАК, моча, кровь на сахар), а еще отправила на консультацию к психологине. Никакого давления не было, никаких разговоров о зайках-лужайках и греховности аборта та со мной не вела. Психологиня просто спросила, твердое ли мое желание. Когда услышала утвердительный ответ, подписала мне справку и пригласила на консультации, если мне вдруг станет тяжело.

Через дней пять я пришла к гинекологине, забрала результаты анализов, направление и выслушала рекомендации перед операцией. Они стандартные: не есть, выбрить лобок, иметь сменку, халат, ночную сорочку и свои прокладки. С утра к восьми на следующий день я приехала в больницу, меня и еще четверых девушек положили в одну палату. Примерно через полчаса к нам зашли заведующая гинекологией, гинеколог, который оперировал, несколько медсестер. Они подробно поговорили с каждой, выяснили аллергии, сроки и переносимость наркоза, подробно рассказали, как будет проходить операция. Они не рассказывали, куда и как вставят нам такой-то инструмент, не пугали нас, а просто описали, как мы будем себя чувствовать во время наркоза.

Процесс был быстр на удивление. Около двенадцати начали оперировать, но я была последней в очереди на абортаж и зашла в операционную примерно в час дня. Анастезиологиня уточнила еще раз мой вес, опыт в наркозе, расспросила о моих аллергиях. А также предупредила о том, что сознание во время наркоза меняется, объяснила, как будет проходить отходняк от него. После ввела внутривенно наркоз и попросила отсчитать от десяти. Не помню, на какой цифре я отключилась, следующий эпизод, который помню, — я лежу на койке в палате. Медсестры не только натянули на меня трусы с прокладкой, они еще и казенной одноразовой пеленкой озаботились, одеялком меня накрыли, поставили на тумбочку воду и принесли ведро на случай рвоты. Отходила я легко, ощущала головокружение примерно полчаса и столько же слабость, после уже встала и пошла в душ. Все мы пропустили и завтрак, и обед, но персонал заботливо принесли нам еду, проследили, чтобы все покушали, доктор и вовсе приходил трижды просто так, проверить самочувствие.

К трем часам к нам в палату привезли аппарат УЗИ, чтобы осмотреть матки после аборта. Те, у кого все в норме, ушли домой. Я тоже ушла. Я не чувствовала ни угрызений совести, ни вины. Меня лишь порадовало, что все прошло быстро и безболезненно.

О втором аборте

На свой второй аборт я решилась ровно через пять лет. И на этот раз меня хорошо помотали.

За три месяца до этого решения у меня случился выкидыш желанной беременности, срок плода приближался к тринадцатой неделе. Но он замер, что причинило мне адскую душевную и физическую боль. После этого я уже перехотела иметь детей, но снова забеременела. Распорядиться тогда своей маткой самостоятельно я не могла (партнер оказывал давление), но решила рискнуть. Я отправилась в женскую консультацию, но там меня ждали дни блужданий. Сначала меня отправили сдавать анализы «по новым правилам» в кожвендиспансер, потом потребовали пролечиться, «потому что мазок из-за болезни получается плохим». После я попала к психологине, которая убеждала меня, что я хочу рожать, а мое желание прервать беременность — побочный эффект страха. Она пыталась убедить меня доводами вроде «родишь — полюбишь, не родишь — будешь жалеть до конца жизни». Забегая наперед, скажу, что да, я родила-таки и полюбила. Но в то же время эти роды стали вынужденными для меня. Я не перестаю жалеть о том, что мне пришлось его рожать, так как часто встречаю таких же, жалеющих, что родили, но говорить об этом им прямо запрещают. Мне овермного раз затыкали рот фразой «не смей так говорить, этожиребенок, как ты можешь». Хотя я уверена, что женщины должны говорить о том, что жалеть о родах — нормально.

После вакханалии с анализами я попала, наконец, на консультацию. Меня положили в палату, а позже меня грубо осмотрела докторка. Прощупав меня изнутри своей конечностью, она вынесла приговор: аборт она делать отказывается, ведь матка по ее ощущениям «тянет» на 12 недель и 3 дня. Мне кажется, докторка все-таки соврала, чтобы получить премию за «спасенную беременность».

Читайте также:  Если есть синехии может быть бесплодие

Я была в шоке! Меня буквально выпихнули за дверь операционной, я рыдала истерила, бегала за докторкой, а она лишь ответила, что нечего было тянуть и вообще «нехер с мужиками спать, раз детей не хочешь».

Я, заливаясь слезами, спрашивала, что мне делать-то теперь. «Рожать», — раздраженно тогда ответила она.

После меня, истерящую, стали выпихивать из больницы медработники. Я просила, умоляла и требовала сделать аборт, пока не рухнула без сил в палате и уснула. Проспала часа три-четыре, а проснувшись, смирилась с тем, что хер мне, а не аборт, и ушла. Времени, чтобы сунуться еще куда-то, у меня уже не было.

О чувстве вины из-за аборта

Я себя за аборт вообще не винила, отбрехивалась от тех, кто пытался навязать мне его. Мой «нитакой» партнер до сих пор иногда говорит: «Глянь, какой хороший у нас сын, а ты его убить хотела». И в упор не хочет видеть разницу между обычной операцией, которая является абортам, и настоящим убийством.
В моем анамнезе — два рожденных, один аборт, два выкидыша и один мертворожденной ребенок, и даже рожденного в срок мертвым мне не особо жаль. Даже в этом случае я винила себя больше не за факт его смерти, а за то, что испытываю облегчение от этого.

Я посоветовала бы женщинам в первую очередь научиться любить себя больше, чем все остальное. Ведь если мы хотим синие волосы и красим их, нас тоже шеймят. А вопрос деторождения имеет более серьезные последствия. И рожать только потому, что этого требует кто-то — это все равно, что приносить себя в жертву ради божества. Любая живущая уже женщина важнее, чем теоретический плод, что бы ей ни внушали.
При аборте по медпоказаниям женщине не может казаться, что она виновна — ведь обрекать ребенка на страдания много хуже, чем гуманно избавить его от них. Вся вина — внушенная, и сторонникам #паприроди и #долгженщины могу сказать, что моя собака не испытывала печали от того, что я раздаю ее щенков, наоборот, она очень радовалась этому и больше не подпускает к себе кобелей. Так вот, ей можно, а мы, женщины, ну вот нисколько не хуже.

О том, что беременна, я узнала в сложное для себя время. Я тогда жила бедно — ни прокормить себя не могла, ни окно разбитое поменять. А произошло это из-за родного брата, который подло лишил меня единственного заработка. Я вела собственный блог, который приносил мне пассивный доход, и имела запасы в две тысячи долларов. Брат, живший у меня, в одно прекрасное утро решил сбежать, прихватив с собой все это добро. Отдельно стоит сказать о моем здоровье. Врачи — ортопед, травматолог и хирург — в один голос твердили, что моя слабая спина и сломанный копчик не выдержат беременность. А если я решусь-таки — рискую остаться парализованной. Но главной мотивацией к аборту стали мои взгляды на детность и материнство. Мне было страшно наблюдать за беременными и их большими животами. Сама же я чувствовала себя жутко: меня тошнило каждую минуту, живот невыносимо болел, а мой вес все уменьшался и уменьшался.

Из-за всего этого я точно решила: буду делать аборт. Партнер меня полностью поддержал, о каком-то «грехе» и «убийстве нерожденного» не рассказывал. У нас, вообще, отношения равноправные, ведь я давно и глубоко погрузилась в феминистичный контекст. Я читала много материалов о репродуктивной свободе, поэтому относилась к плоду внутри себя, как к жиже, отравляющей мой организм, а не «ребенку».

Моя гинекологиня посоветовала медикаментозный аборт, при котором пьешь волшебные две таблеточки — и в домашних условиях из тебя, вместе с месячными, «выходит» плод. На практике оказалось страшнее и болезненнее: у меня началось кровотечение через 15 минут после таблетки, даже обезболивающее не смогло притупить этот болезненный и бурный процесс. Меня просто тошнило от боли, а кровь лилась из меня рекой. Я пережила три часа жутких схваток, и не знала к кому обратиться за помощью. Мой врач обещала быть на связи в мессенджере, а сама не отвечала…Тогда моя мама взяла свою инициативу и решила ввести мне внутримышечно но-шпу. Только после этого адская боль притупилась.

Позже моя гинекологиня сказала, что подобная реакция организма — редкость. Обычно на женщин подобные таблетки действуют безболезненнее, «заводя» организм в течение 2-3 часов после приема.

Аборт — зачастую болезненная практика. Бывает больно также морально, ведь врачи не испытывают к женщине жалости, а стараются призвать к страданиям за «убийство своего ребенка». Но лучше вытерпеть это, чем беременность в девять месяцев, роды, которые длятся двое суток, и жизнь с нелюбимым ребенком.

Самое главное — это здоровье девушки, ее жизнь и ее желания. Когда женщина делает аборт, она никого не убивает, а лишь устраняет из своего тела нежеланный плод. Он, кстати, не выглядит, как живой человек даже визуально — это выдумки пролайферов. Вообще, аборты никогда нельзя осуждать, ведь беременность должна быть исключительно желательной и безопасной!

Я рада, что тогда сбросила с себя груз в виде зародыша. Помню, что тогда мне моментально полегчало: тело будто расслабилось, нахлынувшая депрессия отступила, появились новые силы двигаться дальше, а не утопать в безысходности. Ребенок — это огромные затраты, к которым я не готова.

В перспективе я хочу иметь детей. Но рожать не буду — лучше возьму малышку из приюта, как только стану материально независимой, чтобы содержать хорошо ее и себя, ведь детность всегда должна быть осознанным решением!

Я забеременела совершенно случайно. На тот момент я имела продолжительные отношения с парнем на 6 лет младше себя. Мы постоянно предохранялись презервативами, но случалось, что они рвались — такими мы были темпераментными в сексе. Ума купить дополнительную смазку, как и финансов, у нас тогда не было. Однажды я заметила, что мое самочувствие «хромает» несколько дней подряд, даже обморок случился. Я заподозрила неладное, но тест на беременность упорно показывал одну полоску в течение восьми этих тяжелых для меня дней. Но даже тогда я не подозревала, что у меня — внематочная беременность и потребуется операция по ее прерыванию.

Потом моя температура резко подскочила до сорока, и я решила обратиться к врачу. В больнице меня долго перенаправляли от специалиста к специалисту. УЗИ не показывало наличие плода, поэтому врач отправила меня снова делать тест на беременность. Взглянув на мои две полоски, на ее лице появился ужас, и заново мы с помощью УЗИ пытались найти наличие плода. Это было странно и больно — врачиня осматривала очень жестко и усердно, и сделав снимки, она перенаправила меня к гинекологине. Та, ничего мне не объяснив, вызвала карету скорой. Я была в шоковом состоянии: плакала, паниковала, забивала голову страшными мыслями.

Следующие воспоминания — меня везут на каталке, а я слышу, как санитарки шепчутся об «убийцах малюток» (о девушках, которые делают аборты). В операционной я испытала сильный стыд, ведь никогда прежде наркоз не испытывала. Врачи только шутили, что они больно не сделают — только поглядят на меня, голую, ведь больно я красивая. Потом анестезиолог велел мне повернуться боком и не дергаться. Я же боли не выношу, поэтому чуть со стола не слетела от болезненной инъекции. Еле вытерпела, пока доколят и перестанут на меня орать. Потом был тест на чувствительность. Меня били ложкой по ноге, проверяя, как действует наркоз. Я лишь ревела и повторяла, что все чувствую. Тогда вкололи вторую порцию наркоза — после нее уже болезненные ощущения притупились.

Началась операция… Поскольку ширмы закончились, мой живот от моих же глаз отгородили обыкновенной тряпкой. Врачи стали шутить, что это необходимая мера, чтобы мое лицо кровью не забрызгать. Я истерила, хотела спать, пить и в туалет одновременно. Санитарки подсовывали мне утку, а я сходить не могла, ведь стеснительная слишком, правда, врачам это показалось «капризностью». Так и протерпела до самого утра… Хотя ночью пыталась добраться до туалета, встав на свои онемевшие ноги.

Во время вечернего обхода молила врача отдать телефон и вещи, говорила, что домой хочу. Но он не отпускал, да и я на ногах не держалась. Когда обрабатывали шрам, я жутко ревела, а санитарка приговаривала, что мне матку удалили потому, что я ребенка своего убить хотела. Потом были несколько дней уколов, таблеток, обработок швов. Мне было больно душевно и морально, да и кот некормленый дома ждал — я-то думала, на УЗИ схожу и домой вернусь. Как только я встала на ноги, сбежала из больницы без выписки. С тех пор уже три года прошло, а я до сих пор боюсь врачей.

Я всегда ставила себя и свое здоровье выше, чем какой-то плод. Я понимала, что аборт — удар по здоровью, но уж точно не больший, чем часто жуткие по своим последствиям роды. Пропаганда пролайферов, которые топят за бездумные роды и выступают против абортов, действовала на меня, когда я была подростком. Повзрослев, я поняла, что их утверждения нелогичные, а иметь детей или нет — только мое решение. Даже сейчас (мне почти 30) я не готова к рождению ребенка, для меня увидеть две полоски на тесте — гораздо страшнее, чем снова пройти через аборт. Однако я не исключаю, что через лет 10-15 могу взять ребенка из детдома. Раньше думала о суррогатной матери, но сейчас от этой мысли отказалась, ведь такая практика не этична по отношению к женщинам и их телам.

Читайте также:
Adblock
detector